Кризис юстиции: 20 лет спустя...

В этом году исполняется 20 лет с момента начала в нашей стране судебной реформы... Разработанная известными учеными - процессуалистами ее Концепция была утверждена Постановлением Верховного Совета РСФСР 24 октября 1991 года. Написанный высокопарным стилем документ («возвращение Отечества в лоно мировой цивилизации…», «ей должно сопутствовать искреннее желание стоящих у кормила государства Российского деятелей…») не избежал идеологических наслоений. В нем отразились и борьба за суверенитет, и идеализация риторики правового государства, и многое другое. Тем не менее, заложенные в этом «манифесте» идеи по-прежнему актуальны. Например, первая глава документа, озаглавленная «Кризис юстиции», в большей своей части применима и к сегодняшнему дню. Судите сами: «…период перестройки, к сожалению, не ознаменовался для правоохранительных органов кардинальными переменами, способными переломить застойные тенденции. Предоставленная произволу судьбы юстиция агонизирует, не пользуясь сочувствием общественности». Или другое вполне современное замечание: «…нельзя сказать, что «милость и правда» царствуют в российских «судебных местах». Граждане долгие годы на своем опыте убеждались, что оградить свои права и законные интересы с помощью правоохранительных органов также трудно, как и защититься от самих этих органов, попав в сферу их деятельности». И далее совсем уже злободневные выводы, сделанные как будто вчера: «Неспособность милиции, прокуратуры, суда удовлетворить запросы общества породили кризис доверия... Отечественная юстиция, откликнувшаяся на дозволенные свободы демонстрацией своей независимости, не смогла, по-видимому, вынести своего «бесхозяйного» положения. Традиционное давление партийно-советского аппарата ослабло, но правосудие не стало выразителем «интересов права» , в растерянности и моральной изоляции по инерции ожидая, какому «праву интереса» придется служить». Поразительно, что даже социологические исследования того времени производят впечатление абсолютно «свежих»: «…более четырех пятых опрошенных судей связывают резкое изменение судебной практики с изменением политической ситуации и установок, исходящих из вышестоящих инстанций... Ни судьи, ни работники правоохранительных органов не воспринимают себя как часть корпорации, призванной, несмотря ни на что, утверждать право и закон, что делает подобные опасения обоснованными… Социологическое исследование профессионального правосознания 590 работников правоохранительных органов показало, что они не склонны руководствоваться собственным правосознанием при обнаружении пробела или неясности в законе: 70% ориентируются на разъяснения руководящих органов, 12% на сложившуюся практику, 18% - на указания непосредственных руководителей». Говоря о зависимом положении суда, авторы Концепции подчеркивают: «…судебный надзор не является единственной формой контроля в судопроизводстве, поскольку сохраняется еще непроцессуальное руководство нижестоящими судами... Опасаясь последствий свободно выраженного внутреннего убеждения, судья начинает ориентироваться на позицию кассационных и надзорных инстанций, то есть утрачивает самостоятельность».

В последующем задачи и цели реформы воплощались путем принятия законов, в том числе новых процессуальных кодексов, а также путем принятия и реализации федеральных целевых программ. Однако такого рода реформы предполагают не просто формальные, а кардинальные изменения прежних устоев, их сути. Судебная же реформа - это изменения, направленные на становление самостоятельной судебной власти. Не случайно и сегодня критериями реализации Федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России на 2007-2011 годы» названы рост уровня доверия граждан к органам правосудия (с 19% до 50%), а также подтвержденное социологическими исследованиями уменьшение числа респондентов, считающих организацию работы судов неудовлетворительной (с 27% до 3%).

Засилье прокурорских

Оценивая результаты судебной реформы в ходе своего выступления на научно-практической конференции 3 марта 2011 года, председатель Конституционного суда РФ Валерий Зорькин подчеркнул, что современная модернизация это, по сути, борьба за право, борьба не только за те или иные правовые новеллы, и даже не только за новую глобальную систему права, но и борьба с теми, кто захочет ниспровергнуть право как таковое, заменить его Faustrecht’ом, правом сильного.

Выступая 17 мая 2011 года на научно-практической конференции по проблемам мониторинга законодательства и правоприменения, глава Минюста А.Коновалов был еще более категоричен. Ситуация, по его мнению, за последнее время не изменилась, законодательство несовершенно, а ситуация в сфере правоприменения «еще хуже», и особо выделил как негативный фактор избирательность в применении норм права.

Эти оценки можно проиллюстрировать результатами социологического исследования, проведенного фондом ИНДЕМ на тему «Судебная реформа в России…». Стоит отметить, что в Наблюдательный совет данного проекта вошли такие известные ученые-практики, как П.А. Лупинская, Т.Г. Морщакова, А.А. Аузан, С.Е. Вицин, Г.А. Гаджиев, Г.М. Резник и В.А. Туманов. Один из основных выводов сводится к тому, что на первый план выступают неформальные аспекты состояния судебной системы в целом (в том числе уровень правосознания самих судей, степень реального доверия судам со стороны общества и т.п.). Исследователи были поражены значительным (в разы) расхождением в оценках судей, а также адвокатов и корпоративных юристов, уровней формального и неформального аспектов независимости, доступности и качества правоприменения при разрешении судебных споров. Иными словами - формально, по закону, суды независимы, доступны и т.д., на практике же совсем другая картина.

Фонд ИНДЕМ приходит к выводу о том, что участие власти в судебных процессах в качестве одной из сторон заведомо снижает состязательность и процессуальное равенство.

По оценкам многочисленных экспертов, одним из факторов, влияющих на такой правоприменительный крен, являются существующие процедуры назначения судей, которые включают в себя проверки со стороны правоохранительных и налоговых органов. Региональные власти участвуют в процедуре назначения судей путем составления «объективки» на кандидатов главным федеральным инспектором с последующим рассмотрением документа полпредом Президента и кадровым управлением администрации Президента.

Другим фактором такого положения вещей является наличие большого количества бывших прокурорских работников среди судей судов общей юрисдикции, что отрицательно сказывается на объективности выносимых решений. Судьи, ранее замещавшие должности прокурорских работников, подвержены такому явлению, как клонирование навыков прежней профессии при осуществлении правосудия. Европейский суд по правам человека причисляет такое явление к случаям нарушения независимости суда.

Беспалов и Иванов

Говоря о ситуации с отправлением правосудия во Владимирской области, нельзя не вспомнить опального реформатора региональной судебной системы, экс-председателя владимирского облсуда Юрия Беспалова, запомнившегося массовыми отставками судей, борьбой за независимость суда и повышение авторитета судебной власти. Не размениваясь на экивоки, Ю. Беспалов повсеместно подчеркивал проявления у отдельных представителей органов исполнительной и законодательной власти неправовой заинтересованности в осуществлении правосудия: «Некоторые лица, обладающие властным административным ресурсом, рассчитывают на различные льготы и привилегии в судебном процессе, в связи с чем о фактах вмешательства в правосудие областной суд ставил и будет ставить в известность Президента РФ, его администрацию и Верховный суд». После такой резкой критики скоропалительная отставка председателя облсуда Ю.Беспалова вряд ли может быть объяснена только лишь его просчетами в организации функционирования региональной судебной системы.

Попытки на практике кардинально реформировать судебную систему предпринимаются и на федеральном уровне. В этом смысле примечательна деятельность председателя Высшего арбитражного суда РФ (ВАС) Антона Иванова. Он принял целый ряд кадровых решений в отношении судей, оказавшихся в ситуации конфликта интересов при отправлении правосудия. Иванов обнародовал на сайте ВАС многочисленные письма vip-персон, пытающихся повлиять на результаты рассмотрения конкретных дел, в том числе и письма из Владимирской области.

На ежегодном совещании председателей арбитражных судов в Ростове-на-Дону 11 марта 2011 года (тема - «Совершенствование средств защиты экономических прав»), полемизируя с аудиторией, Антон Иванов на вопрос «Означает ли выбор темы, что эти права в нашей стране недостаточно защищены?» ответил: «Для меня критерием является следующее: если вы можете вести экономическую деятельность, не прибегая к защите или поддержке каких-нибудь влиятельных государственных органов, то в стране есть должный уровень экономической безопасности и свободы. Если же бизнесу приходится постоянно прибегать к покровительству со стороны тех или иных государственных структур, «дружить» с ними ради того, чтобы вести свою деятельность, то невозможно говорить о должном уровне экономической безопасности в стране. На мой взгляд, это главная проблема для России - не имея защиты со стороны власти, очень трудно вести бизнес…».

Общепризнано, что качество инвестиционного климата зависит не от присутствия государства в экономике, а от защиты прав собственности, от независимости судебной системы, снижения уровня коррупции и административных издержек. Можно проводить правильную экономическую политику, но несамостоятельные, нежелающие вникать в сложные процессы некомпетентные, а то и продажные, суды сведут на нет все усилия.

***

Можно ли повысить уровень доверия общества к российской судебной системе? Несмотря на тяжелое историческое наследие, внутренние традиции и неблагоприятный внешний фон, думается, что можно. По крайней мере, мониторинг выступлений первых лиц нашей страны говорит о наличии политической воли к таким переменам. Не может не вдохновлять в этом отношении и реформаторское подвижничество некоторых авторитетных представителей судебного сообщества. В то же время, акцент следует переносить от реформирования законодательства о судоустройстве и судопроизводстве к оценке качества правоприменения, в том числе посредством организации широкой дискуссии об итогах реализации судебной реформы, практическом соблюдении принципов независимости суда и судей, открытости и доступности судов, соблюдении баланса частных и публичных интересов. В противном случае замыслы реформаторов так и останутся декларациями, а приведенные в начале данной статьи цитаты из Концепции судебной реформы 1991 года и еще через 20 лет будут звучать так же современно, как сегодня.

Автор: Александр КУЗИН, управляющий партнер юридической фирмы «Кузин, Мохорев, Пузанов, Савенко и партнеры»

Молва, 21 июня 2011 года